Вторая часть начинается ровно с той же ноты, на которой оборвалась первая. Юки всё ещё слышит тот самый звук — низкую, вибрирующую частоту, которую никто, кроме неё, не замечает. Но теперь она знает, что это не галлюцинация и не дефект слуха. Этот звук — эхо, оставленное её погибшим братом, который был звукорежиссёром и перед смертью работал над секретным проектом. Юки пытается расшифровать аудиозапись, которую он ей оставил, но каждый раз, когда она приближается к разгадке, звук меняется, словно живой. Вместе с Рё, молодым саунд-дизайнером, который тоже слышит этот звук, но иначе — как цвет и текстуру, — она погружается в мир, где звук становится материальным. Они выясняют, что брат Юки создал не просто запись, а резонансный ключ к заброшенной акустической лаборатории, где в 90-х проводили эксперименты с инфразвуком и человеческой памятью. Лаборатория не пуста. Внутри, в герметичной камере, до сих пор работает старый магнитофон, и он пишет не тишину, а голоса людей, которые когда-то там находились. Юки понимает: чтобы остановить звук, нужно не выключить плёнку, а завершить мелодию, которую начал её брат. Но для этого ей придётся вспомнить последний день его жизни — день, который она стёрла из своей памяти, потому что именно она случайно включила ту самую запись, запустив цепную реакцию.
Параллельно развивается линия Рё. Он не просто помощник, он — человек, который с детства живёт в мире, где каждый звук вызывает у него физическую боль или эйфорию. Его синестезия — не дар, а проклятие, которое он пытался заглушить лекарствами. Работа с Юки заставляет его снова слышать мир в полную силу, и это опасно: чем глубже они проникают в тайны лаборатории, тем сильнее звуки начинают управлять его телом. В какой-то момент он перестаёт понимать, где реальность, а где — акустическая галлюцинация, порождённая старыми частотами. Кульминация наступает, когда они находят финальную катушку. На ней записан не голос брата, а крик самой Юки — из будущего. Запись предупреждает: если они дослушают плёнку до конца, звук вырвется наружу и накроет весь город, заставив каждого услышать то, что он больше всего боится услышать. Юки стоит перед выбором: стереть запись и навсегда забыть брата, или рискнуть всем, чтобы закончить его работу и, возможно, вернуть его голос в мир живых. В последние секунды она принимает решение, и звук замирает. Но вместо тишины наступает другая частота — та, которую она искала всё это время. Это не голос брата. Это звук его дыхания, записанный за секунду до того, как он выключил микрофон. И в этом дыхании — ответ на все вопросы, которые она боялась задать.
