В Токио, где неоновые вывески отражаются в лужах после дождя, а тени от линий электропередач режут асфальт на неровные полосы, существует крошечное агентство, зажатое между круглосуточной лапшичной и магазином подержанных манга. На вывеске нарисован дятел с моноклем, и это не шутка. Агентство «Дятел» специализируется на делах, которые официальная полиция считает либо слишком мелкими, либо слишком странными. Здесь работают трое: старик Кэнтаро, который когда-то был лучшим сыщиком в столице, но теперь почти не выходит из-за стола, заваленного папками и чашками с недопитым кофе; его внучка Миюки, студентка-медик с острым умом и привычкой анализировать запахи преступлений так же тщательно, как симптомы болезней; и Хаято, молодой человек без прошлого, которого Кэнтаро подобрал на улице год назад. Хаято обладает уникальной способностью — он слышит звуки, которые не слышит никто другой: скрип половицы в пустом доме за три квартала, шепот в вентиляции, биение сердца человека, который лжет. Это не суперсила, а скорее проклятие, превращающее жизнь в какофонию, но в агентстве «Дятел» этот дар стал главным инструментом.
Однажды в агентство приходит женщина с лицом, скрытым под вуалью. Она просит найти человека, которого, по её словам, не существует. В её руках — старая фотография, где на фоне сгоревшего здания стоят двое мужчин, но лица одного из них нет — оно стерто временем или намеренно. Женщина утверждает, что этот человек — её муж, погибший десять лет назад, но на днях она видела его в толпе. Полиция списала её на истерику, соседи крутят пальцем у виска, но Кэнтаро чувствует запах старой тайны. Миюки, изучая снимок, замечает, что тени на фотографии не совпадают с положением солнца, а Хаято, закрыв глаза, слышит на старой бумаге едва уловимый звук — будто кто-то плачет в подвале. Расследование затягивает их в лабиринт, где каждый свидетель либо мертв, либо молчит, а единственная нить ведет к заброшенному госпиталю на окраине города, где в годы экономического бума проводили незаконные эксперименты с памятью. Внутри госпиталя Хаято начинает слышать не просто звуки, а целые голоса прошлого — крики, мольбы, шелест бумаг. Оказывается, что стертое лицо на фотографии принадлежит не одному человеку, а целой программе по созданию «идеальных свидетелей» — людей, чьи воспоминания можно было перезаписывать, как кассеты. Женщина, нанявшая их, сама была частью этой программы, но её память перезаписали так неудачно, что она помнит мужа, которого никогда не существовало, и ищет его, потому что её подсознание бунтует против пустоты. Агентство «Дятел» оказывается перед выбором: рассказать ей правду, которая уничтожит её личность, или подделать доказательства, подарив ей ложный покой. Кэнтаро, глядя на дятла на вывеске, вспоминает, что эта птица долбит кору не ради забавы — она ищет личинок, которые точат дерево изнутри. Иногда правда похожа на этих личинок: она уродлива, но без неё дерево сгниет. В финале, когда Хаято в последний раз прикладывает ухо к стене госпиталя, он слышит, как где-то глубоко под землей бьется сердце — живое, человеческое, забытое. И это сердце бьется в ритме, который совпадает с пульсом женщины, нанявшей их. Агентство «Дятел» берется за новое дело, потому что в этом городе под каждым слоем асфальта скрыта еще одна история, и кто-то должен их услышать.
